WIKILEAKS: ОДИН – ЗА ВСЕХ, И ВСЕ – ПРОТИВ ОДНОГО | WikiLeaks в центре скандала: в Интернет выложен файл в котором содержится 250 000 депеш Госдепа США
журнал СЕНАТОР
журнал СЕНАТОР

WIKILEAKS: ОДИН – ЗА ВСЕХ, И ВСЕ – ПРОТИВ ОДНОГО


(Джулиан Ассанж о вероломстве платежных систем, предательстве соратников и новом мировом порядке)

 

 

 

 

 

Journal Senator — Журнал СЕНАТОР

Julian AssangeWikiLeaks снова в центре скандала мирового уровня. На прошлой неделе в открытый доступ был выложен файл, в котором в неотредактированном виде содержались все 250 тысяч депеш Госдепа США. Теперь любому человеку доступна вся база данных с дипломатическими секретами. В ближайшее время следует ожидать волны новых политических скандалов. Многие информаторы американских дипломатов рискуют по меньшей мере своими репутациями. Нашему корреспонденту Дмитрию Великовскому удалось провести несколько дней в самом сердце WIKILEAKS и взять интервью у основателя и лидера проекта Джулиана Ассанжа за считанные дни до этих драматичных событий.

В графстве Норфолк вполне ожидаемо моросит: низкое небо, сырые поля, скользкий асфальт. Посреди влажного пейзажа стремительно петляет празднично-синий «Форд Фиеста». Его пассажиру нельзя опаздывать – с полицией лучше не ссориться. 11.27. В запасе три минуты. Пассажир буквально врывается в полицейский участок, приветст­вует дежурного, расписывается в специальном журнале и, втянув голову в плечи, забирается обратно в запотевшее авто. Успел. Можно ехать назад.
– Сегодня ровно 250 дней, как я проделываю этот маршрут без праздников и выходных. 12 километров туда, 12 обратно, итого 6000 километров, – печально говорит Джулиан Ассанж на обратном пути. – И кому это нужно в XXI веке? У меня ведь на ноге и так специальный агрегат висит, видел?
Джулиан задирает штанину и демонстрирует серо-зеленый браслет вокруг лодыжки.
– Так что о моих перемещениях полиции и так все досконально известно. А ежедневные поездки в участок, по-моему, просто мера психологического воздействия. Чтобы не расслаблялся.
– И сколько тебе еще так кататься? – спрашиваю я.
– Никто не знает. Заседание суда второй инстанции уже состоялось, но судья сказал, что для вынесения вердикта ему нужно время на размышление. Вот уже второй месяц пошел, как он думает, и, судя по всему, решение будет лишь в конце сентября, а может, и позже. Потом, возможно, будет еще апелляция. В общем, не знаю, сколько еще. Долго.
– Скажи, а домашний арест – это то, к чему со временем привыкаешь, или, наоборот, только еще больше бесит?
– Лично мне очень непросто все это. Я, видишь ли, по натуре кочевник, и мне сидеть на одном месте никогда не нравилось, я со школьных лет в разъездах. А тут еще эта штуковина, – Ассанж сердито косится на штанину. – Вся ситуация противоречит не только мировоззрению, но, кажется, даже отдельным клеткам моего организма… Ладно, пошли в дом, поговорим о чем-нибудь более интересном.


 

ДМИТРИЙ ВЕЛИКОВСКИЙ: Твой экс-коллега Даниэль Домшайт-Берг в своей книге «WikiLeaks изнутри» пишет, что ты создаешь вокруг себя то ли вики-культ, то ли вики-секту. Что-то я не вижу ни адептов, ни пиктограмм…
ДЖУЛИАН АССАНЖ: Ну, у Домшайта проблемы с психикой – мы это заметили, еще когда он работал в нашей организации. Что касается обвинений в сектантстве, то это вполне стандартный вариант нападения на любое движение с большим количеством последователей: объявить, что сторонники поддерживают его не потому, что оно эффективно и привлекает их с идейной точки зрения, а лишь благодаря «промывке мозгов» и другим формам контроля.
Мы не лишаем выбора ни наших волонтеров, ни людей, которые поддерживают нас. Мы не обманываем людей и не предлагаем им утопию взамен реальности. Может, «квазирелигиозное» устройство и было бы в чем-то удобнее лично для меня (смеется), но WikiLeaks – не культ, не секта и не религия. Домшайт-Берг в этом совершенно не прав, да и вообще его книжка полна грязных домыслов и прямого вранья. Зато теперь она продается в книжных лавках на всех американских военных базах.
Но лживая книжка не самый большой вред, дела этого человека хуже его слов. Во-первых, сайт OpenLeaks, который он сейчас запускает, – это сворованная у меня разработка. Во-вторых, он украл у нас 3000 документов-утечек и шантажировал нас ими. В-тре­тьих, он передал Би-би-си и некоторым шведским изданиям мою личную переписку, причем не с ним, а с третьими лицами. В-четвертых, уходя, он разрушил нашу систему получения новых утечек – специально сконструированный email-ящик анонимайзер, который был размещен у нас на сайте.
Я почти год вел с ним переговоры о возвращении украденных документов. Все это время я молчал: не комментировал ситуацию и не критиковал его. Он же все это время пытался уничтожить нашу репутацию. Теперь, по прошествии одиннадцати месяцев, мне совершенно очевидно, что он просто пытался тянуть время, не имея ни малейшего желания возвращать документы, поэтому-то я все это и говорю. Фактически Домшайт-Берг вступил в могущественный альянс противников WikiLeaks под предводительством американского правительства и шведской прокуратуры. Для этого конгломерата ценен любой, кто когда-либо имел отношение к WikiLeaks или знает, как она функционирует: их цель – при помощи разнообразных манипуляций заставить такого человека превратиться в своего рода свидетеля обвинения и поучаствовать в грязной кампании по дискредитации нашей организации.

ДМИТРИЙ ВЕЛИКОВСКИЙ: Насколько я понимаю, судом и действиями Домшайт-Берга проблемы не ограничиваются. Через неделю после начала пуб­ликации госдеповских депеш Visa и Mastercard начали блокаду WikiLeaks, которая длится и по сей день. Насколько их действия повредили WikiLeaks и собираешься ли ты предпринимать какие-либо контрмеры?
ДЖУЛИАН АССАНЖ: Ты забыл PayPal, Western Union, Moneybookers и Bank of America. Действительно, с 7 декабря 2010 года все эти финансовые организации осуществляют самовольную блокаду WikiLeaks, не позволяя своим пользователям перечислять пожертвования в нашу пользу. Все это происходит не только без решения суда, но и в отсутствие каких бы то ни было юридических предпосылок – лишь на основании неформальных договоренностей между финансовой и политической элитами Америки! С точки зрения как американского, так и европейского законодательства такая практика совершенно незаконна, так как она нарушает право граждан на свободное волеизъявление.
В начале января этого года Совет национальной безопасности США попытался легализовать блокаду, направив запрос на включение WikiLeaks в официальный список организаций, с которыми запрещается иметь дело американским гражданам. Однако, рассмотрев вопрос, глава Федерального казначейства США Тимоти Гайтнер ответил, что оснований для этого нет: мы не террористы, не сотрудничаем с Кубой и КНДР, не принимаем участия в иранской ядерной программе. Мало того, североевропейский подрядчик самой Visa – компания Telia провела собственный анализ нашего случая, заключив, что WikiLeaks не нарушает установленных Visa правил и не должна подвергаться дискриминации. Но и этот отчет ничего не изменил, блокада сохраняется. Вдобавок Bank of America, являющийся создателем Visa и важнейшим акционером Mastercard, официально заявил, что не будет проводить платежи ни одной организации при наличии подозрения (!), что эти платежи предназначаются WikiLeaks.

ДМИТРИЙ ВЕЛИКОВСКИЙ: Я не знал, что обе эти вроде бы конкурирующие платежные системы контролируются Bank of America…
ДЖУЛИАН АССАНЖ: Тем не менее это так. Изначально Visa даже называлась BankAmericard. И хотя сейчас, например, VisaEurope принадлежит по большей части европейским банкам, из-за очень любопытной системы голосующих и неголосующих акций они фактически оказались свадебными генералами: решения в этой компании принимает Bank of America.
Система проста: вы можете купить сколь угодно большую долю акций Visa и иметь пропорциональную часть прибыли компании, однако голосующие акции не продаются, так что управлять ею вы не сможете, какова бы ни была ваша доля. Аналогичная ситуация и с Mastercard, и с PayPal, которые также контролируются Bank of America, а он в свою очередь всего лишь внешнеполи­тический инструмент в руках правительства США.
Разве не удивительно, что правительство США может по своему усмотрению заблокировать денежный перевод между двумя сидящими у себя дома лондонцами или москвичами, чьи карточки выпущены Barclays или Альфа-банком? При этом все карточные транзакции этих лондонцев или москвичей немедленно фиксируются в Вашингтоне. Кому, когда, сколько и за что вы заплатили, известно только вам и американским спецслужбам…

ДМИТРИЙ ВЕЛИКОВСКИЙ: И все-таки, собираетесь ли вы бороться с блокадой?
ДЖУЛИАН АССАНЖ: Да, европейское антимонопольное законодательство на нашей стороне, поскольку Visa и Master-card в совокупности контролируют 95% рынка платежей (80% и 15% соответственно). Мы обратились с 60-страничной жалобой в Еврокомиссию, которая потребовала от Visa объяснений. Сейчас мы ждем, пока они будут сформулированы. Шансы на нашу победу чрезвычайно высоки, во всяком случае в Европе. Уже после того как блокада будет снята, мы сможем начать еще одну тяжбу: о возмещении нам убытков от незаконных действий платежных систем. Мы лишились 90% пожертвований, по нашим подсчетам, это порядка 15 миллионов евро. Все это может оказаться очень долгой и тяжелой битвой, но мы все равно будем бороться. Помимо финансовых соображений нами движет желание создать прецедент, который не позволит в будущем использовать платежные системы для давления на неугодных американ­скому правительству граждан или организации.

ДМИТРИЙ ВЕЛИКОВСКИЙ: А пока из вариантов сделать пожертвование остались два самых неудобных?
ДЖУЛИАН АССАНЖ: Да, банковский перевод (правда, американцам и это может не удаться) и обычная почта. Показательно, что международной организации приходится обходиться дедовскими методами лишь потому, что она несимпатична американскому истеблишменту. Наша история, кстати, в очередной раз подтвердила, что, сталкиваясь с чем-то непостижимым, люди регрессируют до совершенно примитивных реакций. Для Вашингтона наша деятельность (в особенности публикация переписки Госдепа) оказалась таким шоком, что тамошняя элита повела себя в высшей степени архаично: записала во враги Америки, потребовала моего физического уничтожения. Даже этот электронный браслет на моей ноге, по сути, совершенно средневековое приспособление – кандалы, разве что без цепи.

ДМИТРИЙ ВЕЛИКОВСКИЙ: Итого: ты под домашним арестом, организацию атакуют хакеры и финансисты, критикуют бывшие партнеры и соратники. Пожертвования заблокированы, часть документов WikiLeaks украдена, новые поступления затруднены из-за поломки анонимного почто­вого ящика на сайте. Создается впечатление, что лучшие дни WikiLeaks позади…
ДЖУЛИАН АССАНЖ: Такова цена пребывания в оппозиции к могущественным сис­темам, не жалеющим ресурсов на подавление оппонентов. То, что для многих других организаций было бы пустяком, от нас зачастую требует сверхусилий. Понимаешь, наша организация как будто участвует в боевых действиях, у нас здесь своего рода линия фронта: нас давят со всех сторон – атакуют, клеймят, засылают шпионов и саботажников. Иногда «под бомбежками» погибает некоторая часть нашей инфраструктуры. Мы по мере сил восстанавливаем пострадавшие фрагменты, стараясь сделать их еще лучше. Пока мы выигрываем эту войну в главном: им так и не удалось заставить нас прекратить публикации. В сущности, единственное, что им удалось, – это сдержать бурную экспансию WikiLeaks, хотя мы, между прочим, по-прежнему растем, просто не так быстро, как могли бы. Да, значительную часть времени и сил мы вынуждены тратить на оборонительные маневры, но у нас по-прежнему остается достаточно возможностей и документов для контратаки. Например, как ты помнишь, в мае мы напомнили о себе, выложив сотни секретных досье узников американской тюрьмы в Гуантанамо.

ДМИТРИЙ ВЕЛИКОВСКИЙ: Откуда берутся документы, если, как ты говоришь, Домшайт-Берг забрал все, что было у WikiLeaks год назад, кроме депеш Госдепа, и, уходя, разрушил систему, позволявшую получать новые утечки?
ДЖУЛИАН АССАНЖ: У нас есть и другие способы.

ДМИТРИЙ ВЕЛИКОВСКИЙ: Какие?
ДЖУЛИАН АССАНЖ: Иногда случается, что интересная информация приходит по почте, однако в основном мы получаем новую информацию через сеть доверенных и симпатизирующих нам людей. Не напрямую, а скорее так, как получает данные любое детективное агентство, – благодаря контактам и предварительным договоренностям.

ДМИТРИЙ ВЕЛИКОВСКИЙ: Когда анонимный «ящик для утечек» будет починен? Или он вам уже не нужен? Разве то, что вы уже год не принимаете утечки от обычных людей, не играет на руку вашим противникам?
ДЖУЛИАН АССАНЖ: К сожалению, играет. И да, конечно, «прием утечек от населения» нам нужен. Проблема в том, что ремонт этого механизма – довольно сложная задача с технологической точки зрения. У меня… У нас есть внутреннее понимание того, когда ящик вновь заработает, однако я не хотел бы называть эти даты.

ДМИТРИЙ ВЕЛИКОВСКИЙ: Возвращаясь к «линии фронта», твоим электрокандалам и истории WikiLeaks в целом: после многочисленных восстаний и революций этого года многие заговорили о том, что мир стоит на пороге новой эры, поскольку благодаря новым технологиям у людей появились непредставимые ранее инструменты для группового взаимодействия. Соответственно государства должны будут как-то ответить на этот вызов. Например, закручиванием гаек и монополизацией технологий вообще и телефонии и интернета в частности. Возможна ли, по-твоему, такая «оруэллианская» перспектива?
ДЖУЛИАН АССАНЖ: Я сомневаюсь, что вскоре наступит «оруэллианская» эра в ее классическом понимании. Скорее, если мир будет и дальше развиваться в сторону антиутопии такого типа, можно ожидать более мягкого, модернизированного варианта «1984». Люди будут носить с собой телефоны с GPS-передатчи­ками и вполне добровольно размещать всевозможную информацию о себе на популярных сетевых ресурсах. Они не будут чувствовать принуждения или угрозы, даже наоборот, поскольку использование самых современных технологий будет делать их более конкурентоспособными.
До этой модели мы уже практически дожили. Философы и редкие либертарианцы могут сколько угодно рассуждать о степенях свободы, праве на тайну частной жизни или о личном пространстве «старого» и «нового» времени, но эти отвлеченные категории мало кого интересуют. Да, сервера Gmail находятся в США, и американские власти могут работать с миллионами почтовых ящиков пользователей как со своей записной книжкой: читать все письма, изучать контакты, осуществлять поиск по ключевым словам. И все же для подавляющего большинства людей Google, Facebook, GPS и кредитные карточки – вовсе не сис­темы контроля и слежения, а просто доступные инструменты, помогающие жить и работать интересней и эффективней.
Знаешь, в сельском хозяйстве есть интересные исследования, доказывающие, что животных лучше содержать в комфортных условиях. Под влиянием стресса они хуже набирают вес, больше болеют и умирают. Аналогично корпорации и правительства будут стараться управлять сотрудниками и гражданами, сохраняя фасад демократических процедур. Это гораздо эффективнее, чем объявлять перманентное военное положение. В то же время все переговоры и передвижения людей будут известны спецслужбам, что позволит заблаговременно и без лишнего шума «выбраковывать» тех, кто будет представлять угрозу для правящей элиты.
Со временем национальные элиты, вероятно, сольются в своего рода планетарную суперэлиту, состоящую из лидеров финансо­во-промышленных групп, которые и будут управлять всеми остальными землянами. Предвестники такого миропорядка можно разглядеть и сегодня, например изучая то, как гигантские корпорации лоббируют выгодные им решения в ООН, НАТО, Всемирном банке и прочих международных политических организациях. Или, скажем, обрати внимание, как спецслужбы развитых стран для выполнения своих функций все чаще прибегают к услугам компаний-наемников, в том числе и иностранных. Все это говорит о постепенном разрушении концепции сообщества национальных государств, на смену которой вскоре может прийти интегральная модель транснациональной суперэлиты.
Однако не стоит забывать, что любые попытки контроля над обществом вызывают ответное противодействие граждан. Кто победит в этой извечной схватке – если победа вообще возможна, – сказать сложно, поскольку в технологическом состязании власти и общества козыри есть не только у государства.
Это как соревнование плановой и рыночной экономик. Да, на стороне государства серьезные финансовые ресурсы, исследовательские лаборатории и могущественные спецслужбы, наделенные огромными полномочиями. С другой стороны, людей независимых от государства гораздо больше, чем зависимых. Поскольку их коммуникационные возможности увеличиваются день ото дня, этот коллективный разум может быть мобилизован чрезвычайно быстро, а его функционирование сколь разнообразно, столь и непредсказуемо.
Неповоротливые вертикальные госструктуры, как правило, не способны предвосхитить изобретения, продуцируемые этим текучим планетарным интеллектом. Властям, как мы недавно видели, остается только пытаться отслеживать и реагировать на те или иные новшества, которые могут подорвать влияние элит.Так что существует вероятность того, что вовсе не государство усилит свое влияние на жизнь людей, а наоборот . Для элиты нет более дисциплинирующего фактора, чем латентное предреволюционное состояние общества.

ДМИТРИЙ ВЕЛИКОВСКИЙ: Пока мы видим, что, стоит напугать население призраками внешних или внутренних врагов, как люди сами соглашаются поступиться своим правом на частную жизнь, наделяя свои правительства практически бесконтрольным правом на слежку. Ты не думаешь, что тот же прием может быть использован для того, чтобы не только легально следить за гражданами, но и провести вообще любое законодательство – например, для укрепления общественной безопасности вшить всем нервно-паралитические чипы или надеть электрические ошейники…
ДЖУЛИАН АССАНЖ: Теоретически возможно и такое – какими бы изощренными технологиями мы себя ни окружали, наше тело останется тем же: уязвимым и чувствующим боль. Соответственно оно может быть превращено в весьма эффективный инструмент контроля. Знаешь, зачем на заре существования США там было разрешено огнестрельное оружие? Чтобы демократическое правительство не могло злоупотреблять полномочиями и проводить совсем уж непопулярную политику: в случае народного недовольства ни армии, ни полиции не хватило бы для подавления массового народного восстания.
Теперь ситуация изменилась: технологический разрыв между государством и гражданами вырос настолько, что вооруженный пистолетом американец больше не является оппонентом для системы, обладающей лазерным, ультразвуковым, электрошоковым, микроволновым и прочим инновационным оружием, – я уж не говорю о государствах, где оружие и вовсе запрещено. В этом смысле физически подчинить большие массы населения становится все проще.
И все же лично я думаю, что у суперэлиты не будет необходимости прибегать к столь брутальным и потенциально непопулярным «управленческим методам». Во-первых, как я уже говорил, такая диктатура будет неэффективна с экономической точки зрения: в долгосрочной перспективе раб не может составить конкуренцию свободному человеку в производительности труда. А во-вторых, для подавляющего большинства граждан вполне достаточно будет «мягкого» давления. Предоставьте человеку выбор между сытостью и комфортом, с одной стороны, и маргинальным существованием голодранца-изгоя – с другой. Полагаю, понятно, что выберет подавляющее большинство. Исключений будут единицы, и с ними можно будет запросто сделать то, что сейчас пытаются сделать с WikiLeaks, – отрезать финансирование, лишить голоса, на худой конец посадить. И мы хотим доказать, что этому можно противостоять.

СПРАВКА. Как произошла утечка базы данных Wikileaks?
Файл с 250 тысячами документов из дипломатической переписки Госдепартамента с посольствами США по всему миру уже давно гулял по Сети, однако распаковать его до прошлой недели никому не удавалось, так как он был зашифрован. Файл хранился у многих людей как гарантия безопасности: в случае чего Ассанж мог опубликовать пароль, и доступ к нему получил бы весь мир.
Именно так и произошло, но не по воле WikiLeaks. В файле содержался сырой материал: все документы в неудобном для чтения формате, без правки и какой-либо обработки. До сих пор редакторская работа, которую осуществляли волонтеры WikiLeaks и партнеры сайта в СМИ, в том числе и «РР», состояла в поиске самых интересных и важных для читателя документов, в комментировании их, в вычеркивании имен информаторов американских посольств в случаях, если был риск подвергнуть опасности невинных людей.
Некоторые СМИ злоупотребляли правом цензуры в политических интересах: «РР» несколько раз уличал английскую газету Guardian в преднамеренном искажении смысла документов в интересах западных правительств и корпораций. И именно Guardian вольно или невольно сыграла решающую роль в том, что документы разом были опуб­ликованы. Пароль обнаружился в неожиданном месте – на 148-й странице книги двух журналистов как раз из газеты Guardian. Эти журналисты некогда сотрудничали с WikiLeaks, сделали благодаря этому проекту множество резонансных материалов, а затем рассорились с Джулианом Ассанжем и теперь не на шутку с ним воюют. Сам основатель WikiLeaks посвятил ситуации большой комментарий на сайте организации. В нем он обвинил журналистов Guardian в разглашении пароля и несоблюдении подписанного с WikiLeaks договора, а своего бывшего сорат­ника, а ныне «изменника» Даниэля Домшайт-Берга – в том, что тот указал общественности на файл, к ко­торому подходит пароль. Одновременно в ответ на это WikiLeaks выложила все внезапно всплывшие досье на своем сайте. Еще две недели назад Ассанж такого поворота событий явно не предвидел, планируя завершить публикацию депеш лишь через пару лет. Вот некоторые выдержки из его интервью «РР», которые как раз посвящены дипломатическому досье.

ДМИТРИЙ ВЕЛИКОВСКИЙ: Некоторые журналисты и аналитики утверждают, что скандал, вызванный публикацией дипломатической переписки Госдепа США, сошел на нет, интерес угас, да и все мало-мальски значимое уже давно опубликовано. Ты согласен?
ДЖУЛИАН АССАНЖ: Ничего подобного, эта история в самом разгаре! Эта утечка – самый масштабный и интересный «слив» в мировой истории. Мы постоянно расширяем круг наших медиапартнеров, снабжая национальные издания в разных государствах депешами, которые касаются их страны. Сейчас с нами работают уже 50 изданий из всех уголков планеты. Секреты американских дипломатов регулярно попадают в этих странах на первые полосы изданий: например, одна лишь индийская газета Hindu опубликовала 30 (!) первых полос, основываясь на предоставленном нами материале. В совокупности наши партнеры ежедневно перерабатывают около ста депеш и, убрав имена людей, которые могут пострадать от публикации, выкладывают их на наш сайт. Однако до сих пор просмотрена лишь одна десятая от общего количества депеш. Остальные – дело будущего.

ДМИТРИЙ ВЕЛИКОВСКИЙ: Можно предположить, что эти опубликованные десять процентов и представляли интерес…
ДЖУЛИАН АССАНЖ: То же самое можно было сказать и после двух процентов, однако вот теперь их уже десять, так что этот аргумент не работает.

ДМИТРИЙ ВЕЛИКОВСКИЙ: Скажи, а есть ли какой-то временной или качественный лимит, после кото­рого «наследие» будет опубликовано на сайте целиком?
ДЖУЛИАН АССАНЖ: Однажды это обязательно случится, но пока еще точно не время. Во-первых, потому что первополосные материалы продолжают печататься: то, что не показалось интересным флагманам мировых СМИ, у которых был доступ к полной базе, зачастую «выстреливает», оказавшись в руках журналистов из национальных
изданий. Скажем, индийские депеши не заинтересовали никого из «большой пятерки» первопроходцев, однако, как я уже говорил, наделали массу шума, попав в Индию. Вторая причина – это то, что мы рассчитываем на локальных партнеров в деле защиты информаторов, приходивших в американское посольство. Большинство из них – это политики и общественные деятели, чьи имена представляют интерес для общества и не должны подвергаться цензуре, однако в редких случаях человек действительно может пострадать за сказанные в частной беседе с послом слова. Взять и опубликовать все сразу, даже не проверив, нет ли в переписке имен людей, которые нуждаются в защите, было бы безответственно.

ДМИТРИЙ ВЕЛИКОВСКИЙ: И все-таки, через какое время ты рассчитываешь полностью завершить публикацию дипломатической переписки?
ДЖУЛИАН АССАНЖ: Думаю, это можно будет сделать, когда у нас будет 300 партнеров. По моим подсчетам, это займет порядка двух лет, в течение которых мы будем придерживаться нынешней схемы сотрудничества с прессой и неправительственными организациями.
Источник: «Русский Репортёр»

SENATOR — СЕНАТОР


 

® Федеральный журнал «СЕНАТОР». Cвидетельство №014633 Комитета РФ по печати (1996).
Учредители: ЗАО Издательство «ИНТЕРПРЕССА» (Москва); Администрация Тюменской области.
Тираж – 20 000 экз., объем – 200 полос. Полиграфия: EU (Finland).
Телефон редакции: +7 (495) 764-49-43. E-mail: senatmedia@yahoo.com
.


© 1996-2017 — В с е   п р а в а   з а щ и щ е н ы   и   о х р а н я ю т с я   з а к о н о м   РФ.
Мнение авторов необязательно совпадает с мнением редакции. Перепечатка материалов и их использование в любой форме обязательно с разрешения редакции со ссылкой на журнал «СЕНАТОР» ИД «ИНТЕРПРЕССА». Редакция не отвечает на письма и не вступает в переписку.